Утром, когда мне исполнилось 11 лет мама вошла в дом, вся в снегу и положила мне в дрожащие ручки коробочку, которую она держала под пальто. Внутри сидел прелестный голубенький птенчик. Из шкафа достали спрятанную там клетку. Вот так я запомнила первый день моего Сапфирчика.
Мы росли вместе, я в нем души не чаяла. В тот же год мы построили на даче большой вольер для него, с двойной сеткой и на высоких столбах. Он там был как в крепости, никакие хищники не могли до него добраться. А у нас их много! Наш крошечный поселок стоит посреди леса, а наш участок был окружен лесом с двух сторон. У соседей хорьки душили кур, крысы убивали молодняк, соседские кошки таскали перепелок, а в небе кружили ястребы (или соколы, я их путаю

), в лесу мы видели огромных воронов и сов. И рыси, ласки... Я отказывалась оставлять Сапфирчика там одного, а тем более на ночь. Но мама настаивала, говорила, что ему хорошо на природе, и наконец я согласилась и в теплые ночи он оставался в вольере. Моя комната на втором этаже выходила окнами в сад, вольер был полностью виден, и при малейшем шуме я вскакивала и включала уличное освещение.
Первыми появились кошки. Они наскакивали на вольер, пытались повалить его, но мы вольер строили с душой, полностью сами, и даже погнуть верхнюю сетку им не удалось. Затем, когда кошки признали поражение, за дело принялись хорьки, ласки, крысы. Я совсем не могла спать, но волновалась я зря: они не могли достать моего любимца. Одной особо мерзкой крысе почти удалось залезть внутрь, но Сапфирчик поднял такой крик, что злодейка растерялась, а я успела прибежать и прогнать эту тварь палкой и камнями. Но где-то через месяц хищники сдались и лишь изредка сверкали голодными глазами пробегавшие мимо кошки, да с уханьем проносились мимо совы...
Прошло несколько лет. Это случилось год назад... Выдался особо ветреный день, мы с Сапфирчиком сидели дома, маялись дурью. Следующий день был солнечным, очень теплым, но было не до радости. В лесу попадали старые деревья, весь участок был завален ветками, на крыше их было особенно много, и,чтобы они не рухнули на голову кому-нибудь на голову, нам пришлось их оттуда аккуратно снимать. Сапфирчик был в вольере, принимал солнечные ванны. Когда мы очистили нашу крышу, я пошла сбрасывать целые бревна с вольера (он-таки выстоял!). Ночь была теплая, и я, усталая, покормив Сапфирчика, пошла спать, оставив его в вольере. В ту ночь меня мучили кошмары.
На следующий день я проснулась очень рано от какого-то гнетущего ощущения. Позапрошлой ночью ветер выбил стекла у меня из окон, их наскоро затянули какой-то материей (и зачем?), так что я решила сходить и проверить, как там Сапфирчик. Спустилась, накинула кофту поверх пижамы, пошла к вольеру.
Обычно попугайчик чувствовал, что я иду, просыпался, бросал все дела и приветствовал меня, а тут нет. У меня оборвалось внутри что-то очень полезное. Вроде сердца. Подбежав к вольеру я чуть не упала. Внутри была кровь и перья, но самого попугая там не было. Вся заботливо посаженная там кормовая зелень была смешана с грунтом, помята. В полу обмороке, заливаясь слезами, я обыскала весь участок. И нашла. Рядом с вольером, под большим можжевельником, в густой траве лежал Сапфирчик. Одно крыло полу оторвано, повсюду кровь и голова вывернута под неестественным углом. Но он еще дышал. Так, на коленях, держа его в ладонях, в его крови я тихо вспоминала всю ту радость, которую он мне подарил, его необыкновенно добрый нрав, его привычки. Он умер через несколько минут. И вся жизнь пронеслась между глазами. Казалось что умерла я, а не он. Я похоронила его под тем самым можжевельником, а на могилке посадила миниатюрную розу. У меня даже не осталось его фотографий. Только вырванные перышки, которые я тщательно храню. Я бы показала фотографию могилки, но мне это все так дорого, что просто сфотографировать у меня руки не поднимаются, это кажется каким-то неуважительным...
Первое время я не могла даже подходить к вольеру. А потом смогла. Я мечтала свернуть шею тому, кто это сделал, понять, кто смог? И каким же для меня было ударом, когда я увидела, что прутья клетки были обкусаны кусачками! Что человеческая рука старательно работала инструментом, предвкушая...
Память о Сапфирчике я бережно сохранила, но рана на душе никак не затягивается... Мне все говорят завести нового попугайчика, и, вполне может быть, скоро у меня будет новый друг... Но он не заменит Сапфирчика, моего самого первого друга...